Как поймать рой?

Для облегчения труда пчеловода по сбору роев на пасеке необходимо иметь 10—20 привоев, которые делают из обрезков горбыля размером 35×50 см и обжигают с нижней стороны до обугливания. В середине продалбливают квадратное отверстие, чтобы привой можно было посадить на шест. Шесты могут быть разной длины, в зависимости от высоты деревьев на пасеке. Набор привоев освобождает пчеловода от лазания по деревьям при сборе роев. Привои устанавливают в разных концах пасеки. Пчеловод втыкает привой рядом с той семьей, из которой, по его мнению, должен выйти рой.

Как только пчеловод заметит выходящий рой, он должен взять привой с длинным или коротким шестом, в зависимости от высоты полета роя, и поставить его в самую гущу летающего роя.

Пчелы начнут садиться на привой. Тогда пчеловод осторожно втыкает его в землю. Пчелы будут продолжать садиться, а пчеловод тем временем готовит роевню и кладет ее на землю открытой. После этого он осторожно выдергивает: привой из земли, чтобы пчелы не упали с него, плавно опускает над роевней, перехватывает его руками ближе к рою. Затем резким толчком стряхивает пчел в роевню и быстро закрывает ее. Если часть пчел не попала в роевню, их можно не собирать: они сами вернутся в старый улей. На сбор роя уходит 5—7 минут. Собранный рой взвешивают для определения силы. Если масса его 2 кг, то он слабый; 3—3,5 — средний; 4—5 кг — сильный. После взвешивания роевню с роем лучше держать в зимовнике или в тени дерева на сквознячке, чтобы избежать запаривания. Там рой висит до его посадки в улей.

Посадка роя

Вначале подбирают место, где поставить улей, в который будет посажен рой. Лучше всего поместить его подальше от семьи, отпустившей рой. В этом случае рои лучше приживаются и активно работают, т. к. попадают в новую микрозону. Улей, в который будет посажен рой, надо обязательно продезинфицировать. После этого его протирают какой-нибудь пахучей травой: пустырником, мятой, котовником, шалфеем, змееголовником молдавским или использовать средство для поимки роев “Северная борть”.

Расчет числа рамок для посадки роя

Расчет числа рамок, необходимых для роя, чтобы он не слетел, проводится таким образом: на каждый килограмм роевых пчел дают 2 стандартные гнездовые рамки и, кроме того, на весь рой добавляют еще 2 рамки. Для роя, вышедшего до главного взятка, гнездо собирают, в основном, из одной искусственной вощины. Например, рою в 4 кг дают 9 рамок с искусственной вощиной, 1 рамку с медом и 2 рамки суши. Рамки с медом и сушью ставят в середину гнезда, чередуя между рамками с вощиной, чтобы пчелы не оборвали листы вощины, когда их будут высыпать на рамки. Можно этому рою дать все 12 рамок с вощиной. До начала главного взятка они будут отстроены.

Самое главное, что рой будет сидеть на своем гнезде, где нет возбудителей болезней.

Если рой вышел в начале главного взятка, то ему дают 50% суши и столько же искусственной вощины; если во время взятка нужно дать рою только искусственную вощину, иначе пока пчелы отстроят ее, взяток кончится, а мед будет потерян, т. к. некуда его будет складывать. Когда улей подготовлен и гнездо собрано, вечером приносят рой и осторожно высыпают пчел прямо на рамки. Нельзя стряхивать их на некотором расстоянии от рамок, т. к. от удара о рамки часть пчел может погибнуть, кроме того, возможен обрыв вощины. Когда основная масса пчел высыпана, оставшихся вытряхивают постукиванием ладони по стенкам роевни. Стряхивать надо так, чтобы пчелы падали в улей. А чтобы они не просыпались на пол, на улей, не имеющего подкрышника, одевают пустой магазин.

При посадке роя, курящийся дымарь должен быть рядом, но пользоваться дымом не стоит, т. к. без него пчелы лучше заходят в улей, не торопятся и не срывают вощину.

Пчел, высыпанных на рамки, накрывают холстиком или потолочинами, затем кладут подушку или мат из осоки и накрывают крышкой. Леток оставляют открытым на 10—20 см. Бывают случаи, когда рой в роевне оказывается без матки. Тогда пчелы сильно волнуются и не висят плотным клубком. Такой рой надо вернуть семье, из которой он вылетел. Улей с посаженным роем должен быть хорошо затенен в самое жаркое время дня, иначе пчелы могут покинуть его.

Уход за роями

На второй день после посадки необходимо быть на пасеке и проследить, чтобы рой не слетел. На третий день следует разобрать гнездо и посмотреть, нет ли оборванной вощины. Если есть, то рамки заменяют новыми, с вощиной. При проверке надо отстроенные рамки из середины гнезда поставить на края, а крайние рамки с вощиной — в середину.

В это же время полезно рой обработать щавелевой кислотой или апистаном против варроатоза или натуральным средством на основе эфирных масел, которое не проникает в пчелопродукцию.

После этого осенью их можно не обрабатывать и к зиме рои дадут здоровых пчел. Если главный взяток не наступил, рой можно не осматривать полторы недели. Затем надо добавить еще три-четыре рамки с искусственной вощиной. Во время главного взятка рою в 12-рамочном улье дают магазин, в которой половина рамок с вощиной, половина суши, а в лежаке дают 6 рамок суши.

В дальнейшем за роем ухаживают так же, как за обычными семьями.

Через 5 дней после выхода роя, в семье, отпустившей его, выламывают все маточники за исключением одного (наилучшего), расположенного в середине или в верхней части сота. Как правило, такие маточники находятся в наиболее благоприятных температурных условиях и пчелы лучше кормят личинок, так что из них родятся крупные и плодовитые матки. При срывании маточников каждый новый сравнивают с предыдущим, оставляя лучший. Если во время осмотра из маточника выйдет молодая матка хорошего качества, надо сорвать все оставшиеся маточники чтобы не вышел рой-вторак и записать в журнале дату рождения матки.

После срывания маточников семью можно не осматривать в течение трех недель.

Во время главного взятка семью тоже не осматривают, а дают ей магазин или второй корпус, заполненный сушью. Если от племенной семьи получили рой-первак, а матка в нем старая, то ее меняют. При выходе роя все работы выполняют так же, как описано выше, только в семье, отпустившей рой, не срывают маточники, а дают возможность ей отпустить рой-вторак. Когда он выйдет (в этот же день), в перваке уничтожают старую матку и подсаживают к нему рой-вторак. После выхода вторака в семье, отпустившей рой, выламывают маточники, за исключением одного, лучшего, или оставляют молодую матку. Так происходит размножение высокопродуктивных семей и одновременная смена старой матки. При этом медосбор не снижается. Семья и ее рой собирают меда не меньше тех пчел, которые не роились и находились в рабочем состоянии.

Использование роев на медосборе и смена маток

В пчеловодческой литературе рекомендуется на время главного взятка все лишние рои и отводки присоединять к основным семьям для их усиления. Это неправильно. Исследованиями Кемеровской и Хакасской опытных пчеловодческих станций установлено, что такое объединение приводит к снижению медосбора иногда до 50%. В начале главного взятка объединять рои со своими семьями экономически невыгодно. Использовать их надо иначе. Рои от средних и слабых семей используют только на медосборе, одновременно производя смену маток в основных семьях. Рой, вышедший от слабой или средней семьи, сажают в новый улей, расположенный в 2 м от основной семьи и летком в другую сторону.

В семье, отпустившей рой, маточники уничтожают.

Через две с половиной недели после выхода роя-первака основную семью осматривают и определяют, оплодотворилась молодая матка или нет. Если есть открытый расплод и качество его высокое, значит молодая матка полноценная и старую можно уничтожить. Тогда пчелы заложат маточники на открытом расплоде, который уничтожать не следует. Пока матка выводится, в рое не будет открытого расплода, поэтому весь принесенный нектар будет складываться, как в копилку. Перерыв между червлением старой матки и началом червления новой продолжается 25—30 дней. Весь мед, принесенный за это время, сохраняется в гнезде, его никто не поедает. В период червления молодой матки взяток начинает убывать. Поэтому молодую матку в рое уничтожают, а рамки с расплодом и пчелами присоединяют к основной семье, из которой вышел рой.

Усиление семьи пчелами своего роя в конце взятка дает положительные результаты.

Мед из роя сдают как товарную продукцию. Рои с червящими старыми матками собирают 18 — 25 кг меда, а у которых старых маток уничтожали и давали им возможность вывести молодых, собирали от 25 до 45 кг меда. При недостатке ульев на пасеке можно использовать: для посадки роев вторые и третьи корпуса, если прибить к ним фанерное дно и сделать леток. Корпус ставят на улей с семьей, отпустившей рой, но летком в противоположную сторону. Собирают в нем гнездо и сажают рой. Сидящий во втором или третьем корпусе рой легче объединить с основной семьей после уничтожения роевой матки. Для этого фанерное дно открывают и снимают холстики у семьи. При недостатке ульев и корпусов на пасеке можно объединить два роя. Маток при этом не находят. Не следует объединять рои с матками разного возраста, например, плодную и неплодную. В таких случаях пчелы дерутся.

Драки между пчелами объединенных роев бывают также, когда в природе совершенно нет взятка.

Чтобы пчелы не дрались, рои необходимо подкормить, а в улей поставить одну  две рамки с распечатанным медом. Объединенные рои работают хорошо. Присоединять их в конце взятка к основным семьям не надо, т. к. это ухудшит качество основных семей. Лучше эти рои использовать как сборщиков меда. Для этого молодую матку, когда она начнет откладывать яички, уничтожают. Пока пчелы выведут себе новую матку и она начнет червить, пройдет около 30 дней. За это время взяток кончится. В улье не будет расплода, а только рамки, залитые! медом. Мед весь отбирают как товарную продукцию, а износившихся пчел, негодных к зимовке, передают в аптеки для получения пчелиного яда, необходимого для лечения ревматизма, радикулита, астмы и других болезней. Такое использование роев позволяет без потери товарного меда сменять маток и отстраивать много первоклассных сот.

Рои, вышедшие за две-три недели или за месяц до главного взятка, собирают меда меньше (вместе с семьями, из которых они вышли), чем те семьи и рои, которые! вылетели непосредственно перед взятком или в начале его.

Причина в том, что рано вышедшие рои преждевременно теряют рабочую энергию. К этому времени в их гнездах появляется открытый расплод, за которым постоянно ухаживает половина пчел. Количество летных пчел, работающих на цветах, естественно, резко сокращается. Кроме того, открытый расплод будет поедать половину принесенного нектара. Рой ко времени главного взятка слабеет, т. к. часть пчел гибнет от возраста, а новые к этому времени только начнут нарождаться и еще не годны для медосбора.    

Из книги В. Г. КАШКОВСКОГО “Советы пчеловодам”

Сообщение Как поймать рой и как с ним работать? появились сначала на Северная Борть.

Исследование археологических и исто­рических источников о взаимодействии различных этносов на территории Волжской Булгарии позволяет выявить особен­ности материальной культуры, определить харак­тер влияния аборигенов рассматриваемых терри­торий на традиции хозяйства и культуру ранних булгар.

Финно-угорский компонент становится для Булгарии основополагающим, а его культур­ная составляющая воплощена во многих формах этнокультурного развития Поволжья. Особенно­сти заимствований можно проиллюстрировать на примере бортевого пчеловодства, которое было повсеместно развито как у славян, так и у булгар. Но бортевое пчеловодство в Волжской Булгарии было распространено в большей мере, нежели в землях Киевской и Се­веро-Восточной Руси. Здесь важным фактором в успешном промысловом характере бортничества IХ-ХI вв. играли леса, которых в южных степях Киевской Руси почти не было, а Северо-Восточ­ная часть Руси представляла собой непроходимую болотистую местность. Однако местное финно-угорское население повсеместно занималось бор­тничеством, которое давало помимо меда воск, служивший материалом для изготовлении ювелир­ных украшений. Эффектная и очень сложная в изготовлении финно-угорская техника воскового вязания, или литья по восковой модели, требовала больших объемов расходною материала, который, возможно, поставлялся также с территорий Волжской Булгарии.

Воск в средневековье был сырьем, востребован­ным на территории Западной и Восточной Европы, а также в странах Востока.

А.А. Валеров отмечает его важность на примере торговли Великого Новгорода с городами Западной Европы [2, с. 100]. С на­ступлением безмонетного периода истории Вос­точной Европы, вызванною дефицитом серебра, зарождается кредитная система, которая включала в себя архаичные формы товарообмена, в том числе обмен воском. «Вывозить в Новгород серебро, покупать там пушнину и воск, продавать в Нидерлан­дах и оттуда привозить сукно в Пруссию для Ор­дена составные этапы товародвижения в рамках выгодной тортовой операции» [10. с. 264].

Таким образом, воск в Европе XI-XV вв. фи­гурирует как основной продукт кредита с «при­вязкой» к немецкой мере веса шиффунту (лат. shiffphund ). Более того, в «Риж­ской долговой книге» в качестве товарного креди­та чаще всего также фигурирует воск. Новгород в данном случае выступал посредником в торговле воском между Западной Европой и Скандинавией с одной стороны и Булuарией с другой.

О ключевой значимости бортничества в средне­вековом Поволжье можно судить по более поздним, но не менее ценным источникам XVI—ХVIII вв., иллюстрирующим факт повсеместности промыс­ла в Казанском крае.

Площади лесов, стимулировавших бизнес и занятия бортничеством, были поистине впечатляющими. Так, в грамоте 1603 г. описывается тер­ритория, подконтрольная митрополиту Гермогену и занятая под бортный лес, который тянулся от «государевых чувашских деревень и от Новых Каба­нов вверх по р. Волге по Девлекеевскую деревню на 10 верст. А всего за архиерейским домом тогда по смете насчитывалось в длину на сорок верст, а в ширину на двадцать верст» [12, с. 69]. Здесь мы можем судить о размерах этого промысла только лишь по территории, примыкающей к городу Каза­ни. Логично предположить, что торговые обороты, объемы производства меда и воска на территории Волжской Булгарин до монгольского завоевания были огромны и представляли собой интерес как экспортный товар. Бортничество – сбор меда диких пчел, как важный промысел булгар, зафиксировано Ибн Фадланом: “В их лесах много меда в жилищах пчел, которые они знают и отправляются к ним для сбора этого (меда)”. Он же упоминал такие любимые напитки булгар, изготавливаемые из меда, как набиз и суджув. В числе экспортируемых товаров ал-Балхи и Мукаддаси называли мед и воск. Ал-Гарнати писал, что “жители Булгара – выносливейшие из людей в отношении мороза, потому что пища их и питье по большей части из меда, мед же у них дешевый”. Железные древолазные шипы из культурных слоев поселений также свидетельствуют о бортничестве.

Обращаясь к вопросу добычи и производства меда в Волжской Булгарин, необходимо упомянуть о конкурентах.

Таковыми были бортные утодия князей Северо-Восточной Руси. Так, в «Русской Правде» есть упоминания о княжеских бортнях, расположенных вблизи сел, где князья держа­ли своих людей, занимающихся пчеловодством. Статья дохода этого промысла на Руси также была очень высока и престижна. Бортные деревья, как и в Волжской Булгарии, обозначались особыми зна­ками-знаменами. На Руси незаконный захват или вырубка бортных деревьев каралась неимоверно большими штрафами, которые были практически приравнены в денежном отношении к штрафам за убийство: «Аже раззнаменает (то есть уничтожит знак собственности), борт то 12 гривен… Аже борт срубит, то 3 гривны продаже, за дерево полгрив­ны». «А за убитого смерда или холопа 5 гривен: но если они знают какое-нибудь ремесло, то 12 гривен» [4. с. 93]. В процессе становления государства московские князья, умножая и скупая близлежа­щие земли, захватывали бортнические хозяйства. Даже в своих завещаниях на передачу наследства своим детям они точно описывают местонахожде­ние бортных угодий [1. с. 33].

Бортнический промысел на Руси и в Волжской Булгарии существовал с самых ранних этапов их истории.

Ранние болгары были кочевниками и не знали этого промысла, а славяне Северо-восточной Руси более масштабно знакомятся с ним благодаря заселению на финно-угорские территории [ 14, с. 8).

Для финно-угров мед был национальным до­стоянием и жизненно-важным промыслом вслед­ствие сурового климата, отсутствия условий для сельского хозяйства и скотоводства. Финно-угор­ские заимствования можно проследить на тер­риториях, занятых под бортни в Смоленском, Псковском. Рязанском, Муромском и Суздальском княжествах. Эти княжества располагались на тер­риториях с финно-угорским населением, которое постепенно ассимилировалось с пришлым славян­ским компонентом. Таким образом, производство меда было не менее масштабным и прибыльным, чем земледелие.

Из статей:

Хузин Ф.Ш.
ВОЛЖСКАЯ БУЛГАРИЯ: СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО И ПРОМЫСЛЫ. ГОРОДСКОЕ РЕМЕСЛО И ТОРГОВЛЯ.

Пичугин А.Б.

Бортничество и земледелие Волжской Булгарии: к истории заимствований в материальной культуре
Казанский национальный исследовательский технологический университет

Сообщение Бортевое пчеловодство в Средней полосе. Татарстан появились сначала на Северная Борть.

Бортные угодья, “ухожаи” встречались прежде всего в местах, богатых лесами: Поволжье, Рязанской, Вятской и Пермской землях, Заокско-Брянском крае.

Наметившаяся еще в XVI в. тенденция к снижению занятия населения бортничеством в центральных и западных областях России (Московский край, Замосковье, Новгородская земля) получает дальнейшее развитие в XVII в. В этот период главные районы бортничества окончательно перемещаются на восток (Поволжье, Закамье). Особенно широкое развитие получает бортничество в Нижегородском крае. Места эти были издавна богаты медом: “… в Нижегородской области, особенно у мордвы в лесах, мед обильно сочится из утроб сосен, – писал Я. Рейтенфельс, – а медведи, привлекаемые сладостью, лезут для добычи вкусной еды на дерево, невзирая на укусы пчел и страх перед человеком” (Цит. по: Смирнов Д. Н. Очерки жизни и быта нижегородцев XVII-XVIII веков. Горький, 1971, с. 93.). Бортничество было немалым подспорьем в хозяйстве мордовского населения Поволжья, платившего оброк медом. Только в Алаторском уезде в 1624 г. 714 мордовских дворов (60% от общего числа дворов) занимались бортным промыслом (Очерки истории Мордовской АССР, т. I. Саранск, 1955, с. 78-79. О занятиях мордовского населения бортничеством см. также: Документы и материалы по истории Мордовской АССР, т. I, с. 233, 237-245 и др.).

Большое число бортных угодий в лесах принадлежало Дворцовому ведомству.

Бортники, русские и мордовские крестьяне, бравшие бортные ухожаи в оброчное держание, обязаны были к 1 сентября платить “медвяный” оброк, размеры которого колебались от нескольких алтын до трех рублей, и, кроме того, должны были “пчел разводить вновь и заботиться о новоделье, на перевод не пустошить пчел, в чужие бортные участки не ходить, лесу строевого не ронять, сторонних людей в лес не пускать”. Однако государственные доходы с бортных промыслов на протяжении века падают. Так, только в Арзамасском уезде с 1628 по 1677 г. доход в государственную казну с бортных угодий уменьшился на 77%. Сокращение государственных бортных угодий было вызвано захватом и раздачей большого количества земель дворянству и монастырям (См.: Смирнов Д. Н. Указ. соч., с. 93; Медведев Д. О. Землевладение и сельское хозяйство в Арзамасском уезде в XVII веке. -Автореф. канд. дис. М., 1949, с. 15; Очерки истории Мордовской АССР, т. I, с. 101-105.). Особенно много бортных лесов в Нижегородском и Арзамасском уездах, принадлежавших ранее мордве, было захвачено боярином Б. И. Морозовым (Примером тому, как проводился захват бортных лесов, может служить грамота Б. И. Морозова от 5 ноября 1650 г. приказчику с. Мурашкино Поздею Внукову: “… писал ты ко мне… что бортный лес Мурмонской ухожей пришел к моей вотчине к селу к Сергачю и к Малому Сергачю и к Мокрому починку под дворы и в том де Мурмонском ухожее пустые знамена взял ты на оброк в Нижнем Новгороде, и чтоб тот Мурмонской ухожей, и в том же Мурмонском ухожею поляны, сенные покосы, и погари, и заломы промышлять мне себе в вотчину. А тот де Мурмонской ухожей и поляны добре мне надобны и прибыльны. И о том Мурмонском и о Юркинском ухожеях, и о полянах бил я челом государю в вотчину. И государь меня пожаловал, велел мне… дать в вотчину” (Хозяйство крупного феодала-крепостника XVII в., ч. II, с. 138-139).).

Бортевое пчеловодство приносило немалый доход хозяйству Б. И. Морозова.

По данным описных книг 1667 г., в пяти уездах (Нижегородском, Арзамасском, Темниковском, Курмышском и Алаторском) вдове Б. И. Морозова принадлежало 66 бортных ухожаев. Размеры бортных участков были значительными. Так, в Нижегородском уезде к селу Новое Покровское было приписано 3 бортных ухожая: “… до речки до Умайки Елизаровской ухожей, вдоль 7 верст, а поперег до реки Ватмы 10 верст; да… Пичаровский ухожей по Крутов враг, поперег 3 версты, а вдоль 10 верст; Вадовирской ухожей, вдоль 15 верст, поререг с головы 10 верст, а на другом конце 4 версты… “. У соседней деревни Стрелки было два бортных угодья, каждый размером 30 на 10 верст. С названных 5 участков крепостные крестьяне, русские и мордва, должны были платить в боярскую казну “медвяный” оброк – 21 пуд и 2 гривенки в год. Годовой оброк бортников всего Нижегородского уезда составлял 45 пудов 22 гривенки (Акты хозяйства боярина Б. И. Морозова, ч. I, с. 53-54, 57, 79; см. также: с. 72-73, 78, 81, 100. В год бортные промыслы давали Б. И. Морозову свыше 135 пудов меду и около 30 руб. (см.: Петрике ев Д. И. Указ. соч., с. 105).). Часть бортных угодий Б. И. Морозов отдавал в аренду “сторонним бортникам” – крестьянам других хозяйств.

Организация и орудия (топор, тесло, долото, пешня, скобель, нож-“медорезка”) бортного промысла не претерпели существенных изменений по сравнению с XV-XVI вв.

Число бортников, обслуживающих бортные ухожаи, зависело от размеров последних и количества бортных деревьев. Например, на бортном участке в Курмышском уезде, площадь которого была 10 верст в длину и 6 верст в ширину, было 12 деревьев с пчелами (эти деревья помечались особыми “знаменами”-затесами) и 1000 деревьев без пчел. Сбором меда занимались 12 бортников (Акты хозяйства Б. И. Морозова, ч. I, с. 81; см. также: с. 46-47.).

С середины века наблюдается сокращение бортничества в Поволжье, вызванное бурным развитием в крае будных промыслов. Помещики, занимавшиеся производством поташа, хищнически вырубали леса, уничтожая тем самым и бортные угодья. Юрий Крижанич считал, что правительство должно принять особые меры для охраны бортничества, “приказать, чтобы в тех местах, где водятся пчелы, никто не смел выжигать поташ без государева разрешения” (“… По указу боярина Бориса Ивановича Морозова в тех вотчинах (д. Большие и Малые Кемары и д. Кеслав. – Л. В. ) были поташные майданы, и на то поташное дело те леса высечены; а ныне де которой лес стоит и не посечен, и в тех лесах бортных дельных дерев со пчелами нет, и бортников и старожилов, на сколько верст того лесу не будет, нет же”, – говорится в описной книге 1667 г. по Арзамасскому уезду (Акты хозяйства боярина Б. И. Морозова, ч. I, с. 65); см. также: Крижанич Ю. Политика, с. 409.).

В XVII в. дальнейшее развитие получает “улейное” пчеловодство, наиболее распространенное в феодальной вотчине.

Особые “пасечные” дворы в Измайлове, Скопине, Романове и других местах были заведены в дворцовом хозяйстве Алексея Михайловича. Свои пасеки и пчеловоды были в Галичской вотчине князя Одоевского. В вотчине Б. И. Морозова пчеловодством занимались крестьяне-“пчелинцы” в Рязанском и Ряжском уездах (Заозерский А. И. Указ. соч., с. 116-117; Кореневский Н. Из истории помещичьего хозяйства Московской Руси XVII века. Киев, 1906, с. 14; Акты хозяйства боярина Б. И. Морозова, ч. I, с. 18, 19, 59.). По мере сокращения бортничества все большее количество меда дает домашнее пчеловодство.

Изучение добывающих промыслов показывает, что в XVII в. они не только не утратили своего значения, но и получили дальнейшее развитие. Добывающие промыслы обеспечивают население важнейшими продуктами питания, рыбой, солью, медом. Поташ, смола, деготь, древесный уголь, порох, селитра находят широкое применение в народном хозяйстве страны. Значительное количество поташа, смолы, дегтя, а также мехов вывозится на внешний рынок.

В большинстве районов рыболовство, охота, бортничество, углежжение, смолокурение и другие промыслы носили подсобный характер.

Однако в ряде мест Русского Севера, Западной и особенно Восточной Сибири, там, где природные и климатические условия не позволяли заниматься земледелием, охота на пушных, добыча морских зверей, рыболовство были основными занятиями русского и коренного населения. Для районов Сибири велико значение охоты как средства освоения русскими поселенцами новых земель.

Получает развитие в XVII в. солеварение и производство поташа. Технология и организация этих промыслов требовали объединения усилий большого числа работников и разделения их функций. Производство в ряде случаев велось на основе вотчинной мануфактуры.

В целом достижения в области промыслов, добывающих различные природные богатства, определили значительные сдвиги в развитии материальной культуры XVII в.

Л. Н. Вдовина

Сообщение Бортевое пчеловодство в Средней полосе. Мордовия появились сначала на Северная Борть.